"Русская интеллигенция XIX века, не являясь однородной, включая в себя разные умственные течения, в значительной степени оказывалась лишена возможности открытой политической и даже социальной активности. Власть странным образом не нуждалась в услугах интеллигенции, не нуждалась в преобразовательном пафосе интеллигенции. Полицейский деспотизм убивал всякую возможность реального сотрудничества интеллигенции с правительством. Паралич власти проявился, в частности, в неспособности за шесть десятилетий решить крестьянскую проблему, что явилось важнейшей причиной революции и гражданской войны. Весь XIX век (и начало XX) оказался пропитан революционными идеями и настроениями. Ф. М. Достоевский подчёркивал поразительную особенность антиправительственного общественного мнения, говоря, что в русском обществе стыдно доносить на преступника. Конфликт интеллигенции и власти оказывался безысходным, взаимонепонимание – катастрофическим. Власть видела в интеллигентах «социалистов», разрушителей, панически боялась их и не хотела увидеть глубоких созидающих возможностей идеологии интеллигентности. Власть боялась не только «социалистов», но и любого свободного слова, боялась литературы, философии, политической публицистики. Преподавание философии в университетах много раз запрещалось. Желающие изучать философию вынуждены были идти на юридические или историко-филологические факультеты. Одно время естественные науки считались менее опасными, но именно на их почве парадоксально вырос русский нигилизм. Вековое противостояние интеллигенции и власти, а также власти и крестьянства, не могло не разрешиться в конце концов революцией".